Материнство, карьера и жизнь. Личный опыт о трудностях после родов и поиске себя

PR-специалист Айдана Инкарбекова (Ибраева)  в своей колонке на Ait Media рассказывает о том, как материнство меняет женщин через трудности, взросление и поиск себя.

Предисловие

В этой колонке нет места осуждению женщин, непрошеным советам и каким-либо призывам к тому, как правильно быть женщиной, мамой, женой, сотрудником, предпринимателем или кем-либо еще.

Эта колонка — отдушина. А иногда, наверное, и желание просто рассказать, поделиться чем-то особенно сокровенным. Здесь я хочу делиться личными переживаниями, опытом как человека, который живет эту жизнь первый раз, как и мы все. А если эта колонка найдет своего читателя, то я планирую приглашать сюда и других женщин, которые готовы к разговору (пока еще в печатном формате) без прикрас и красивой мишуры.

Детский опыт

Я стала мамой в 23 года. Но, как ни странно, небольшой опыт «пре-материнства» у меня уже был. Я так это называю. 

В 16 лет я во второй раз стала старшей сестрой. Тогда были и подгузники, и желание ухаживать за кем-то беззащитным и маленьким. Я и не задумывалась о том, каково было моей маме, которая в 41 год снова стала новоиспеченной мамой. Только сейчас, спустя 11 лет, я понимаю, как ей было тяжело. Она тогда ждала меня со школы в надежде на поддержку и возможность хоть немного побыть собой.

В тот период мама совмещала быт с работой. Она тогда только начинала свой путь в постоянной профессии. Всю жизнь мама следовала за папой, который был военным и которого в любой момент могли командировать. Мы были обычной семьей военных с классической моделью: муж-добытчик и мама-домохозяйка, которая всегда была сильным тылом. А в 40 лет, когда у нас наконец всё устаканилось, появилась квартира, стабильный заработок у папы и желание мамы начать зарабатывать, мама снова становится мамой. Наверное, оставаться на плаву тогда ей помогло то, что у нее были уже взрослые дети, которым было уж очень интересно возиться с маленьким братишкой.

Так вот, сейчас не об этом.

Я прошла небольшую школу подготовки к материнству, и когда я стала по-настоящему мамой, мне не было сложно адаптироваться. Как только родился сын, я знала, как нужно его купать, какие подгузники лучше и что делать при запорах и коликах. Но я не знала о том, что, когда ты становишься мамой, весь твой мир меняется и ты становишься совсем другим человеком.

Перед рождением сына

Честно, всю беременность я не осознавала, что беременна. Я работала тогда в авральном режиме, а на седьмом-восьмом месяце даже участвовала в работе в рамках президентских выборов. Но тогда для меня это было в настоящий кайф. Так и прошли мои девять месяцев беременности — легко, припеваючи, несмотря на то, что в первые месяцы была угроза беременности.

Интересно, что именно в первые месяцы беременности, когда была угроза, особенно досталось моему мужу. Наверное, потому что я подсознательно жалела себя и думала: почему физически только мне приходится всё это переживать, если ребенка мы хотим вдвоем? Но я очень благодарна своему мужу за то, что он выдержал тогда все мои нападки и просто по-мужски поддерживал меня.

Перед тем как перейти к рассказу о послеродовом периоде, очень важно, чтобы вы понимали мой портрет. Я с первого курса университета начала работать по профессии, постоянно находилась в режиме и желании реализовать себя в профессиональном плане. Я очень любила (и люблю) работать. Для меня не существует понятия переработки — это моя норма.

Когда мы встречались с мужем, он это тоже четко понимал. Мама очень хотела, чтобы в этом турборежиме я всё-таки вышла замуж, потому что у нее было подозрение, что если я не сделаю этого тогда, то это не произойдет никогда. О встрече с моим мужем я расскажу позже. Сейчас — о материнстве.

Первые трудности 

Так вот, кроме того, что в 23 года я стала мамой, параллельно на девятом месяце беременности у нас с мужем шел ремонт. Тогда мы потратили на него все наши накопления, плюс брали рассрочки и кредиты на базовую мебель. И вот у нас родился сын. Мы были в собственной квартире, где из мебели были только кровать и кухня.

Именно в этот период у мужа начинаются сложности с работой. Казалось бы, это должен был быть самый беззаботный период, но одно навалилось на другое, и у нас начались финансовые трудности. Пособие у меня было около 50 000 тенге. Хорошо, что была возможность продолжать работать онлайн. Конечно, заработок был значительно меньше, но всё же это лучше, чем ничего.

Еще очень сильно помогло то, что я училась в магистратуре. Через три месяца должна была состояться защита, и я получала стипендию.

Морально и физически было очень тяжело. Я смотрела на себя в зеркало и не могла понять, кто эта девушка. Ощущение было, будто мое тело использовали и оставили затем один на один с самой собой. Со всеми заморочками и комплексами.

Первые 40 дней мы с мужем сами справлялись с сыном. Муж днем уходил на разные подработки, я сидела дома, работала, пыталась навести какой-то уют. Так как у нас не было ковров, почти каждый день приходилось делать влажную уборку, чтобы строительная пыль после недавно сделанного ремонта наконец ушла.

Конечно, мы всегда с мужем делили быт, но было сложно. А еще две недели после родов мне нельзя было сидеть, и это был отдельный челлендж. У меня до сих пор осталась привычка сидеть на боку, со спинкой стула слева от меня.

В один день я просто сдалась, собрала вещи мужа и отправила его на заработки в Талдыкорган. Это было ровно на сорок первый день после того, как мы провели обряд қырқынан шығару. Не знаю, что тогда мной двигало, но решение было принято очень быстро.

Я осталась одна с сыном, работала и училась онлайн, ночевала одна в квартире и жила практически автономно.

Карьера и семья

Когда сыну было три месяца, мне нужно было ехать на практику в Алматы. И я с трехмесячным сыном вылетела туда и проходила практику. Муж приехал из Талдыкоргана в Алматы и ждал меня под окнами университета. Сейчас всё это кажется каким-то сном.

Потом мы даже поехали на какое-то время в Талдыкорган. Но маленький город вогнал меня в нереальную депрессию. В тот период я даже сильно похудела. Муж это видел и отправил меня домой.

Я попросила маму помочь мне и сидеть с Альтаиром по три-четыре часа в день, чтобы я могла выходить на работу. Так и было. Альтаир был только на грудном молоке. Я его кормила и убегала на работу. На три-четыре часа я становилась просто Айданой, которая работает, а затем возвращалась домой — в материнство и быт.

Это лишь маленькая часть того, что было. Занавеска, которую я готова немного приоткрыть.

Если я найду своего читателя, то готова продолжать рассказывать о своем опыте.

Интересно, что, несмотря на всю ситуацию, которая, как снежный ком, постоянно наваливалась на меня, я смотрела на сына и думала: «Ты делаешь меня лучше».

Материнство — не приговор. Материнство — это познание самой себя изнутри. Тебя колбасит, потому что открываются стороны, которых ты раньше в себе не замечала. Но это одновременно и время принятия себя.

Материнство научило меня дисциплине, тотальной нежности и одновременно хладнокровию по отношению к другим аспектам жизни. Ну и, конечно, укрепило мое чувство ответственности не только за чужую жизнь, но и за свою, потому что она напрямую влияет на жизнь твоего ребенка.

И, наверное, именно поэтому я больше никогда не смогу сказать, что материнство меня ограничило. Оно изменило меня. И, как ни странно, сделало свободнее.