Мобилографу Бокаева обещали закрыть кредиты за отказ от дачи показаний?
В Алмалинском районном суде продолжается допрос Улана Нусипкожи — бывшего мобилографа и подчинённого Санжара Бокаева. Во время заседания он подробно рассказал об обстоятельствах создания резонансного ролика о незаконной вырубке деревьев в роще Баума, а также о предполагаемой инсценировке событий, передает AIT Media.
Заседание началось с процессуального спора между сторонами. Адвокаты Бокаева потребовали, чтобы первыми вопросы подсудимому задавали государственные обвинители. Однако прокурору пришлось напомнить положения УПК РК: первыми допрашивать подсудимого должна сторона защиты.
Как создавался ролик о вырубке деревьев
По словам Нусипкожи, Бокаев самостоятельно имитировал обращения местных жителей, отправляя сообщения самому себе.
Он рассказал, что вечером в октябре 2025 года Бокаев попросил отвезти его домой. При этом вместо привычного переднего пассажирского места он сел назад. По дороге мужчины заехали за кофе.
«Странно, он вроде спать хотел. Ну да ладно», — вспоминал Нусипкожа.
Пока Бокаев пил кофе, на рабочий телефон мобилографа поступило сообщение с неизвестного номера. В нём говорилось:
«Я местный житель, живу на роще Баума. Здесь пилят деревья, можете подъехать…».
Не дав Нусипкоже дочитать сообщение, Бокаев потребовал немедленно переслать его на свой личный номер. Мобилограф предположил, что сообщение было отправлено со второго, неоформленного телефона самого Бокаева.
Нусипкожа не хотел ехать на ночную съёмку, однако Бокаев настоял. Мобилограф предложил воспользоваться джипом бывшего советника, как они делали обычно, но тот отказался. Бокаев объяснил, что его автомобиль уже припаркован возле дома, и убедил Нусипкожу поехать на личной машине из-за нехватки времени.
По дороге Бокаев самостоятельно диктовал маршрут и заставлял водителя несколько раз менять направление. В какой-то момент Нусипкожа заметил, что из-за этих указаний они даже проехали нужный поворот к роще Баума.
Передача денег и поиски школы
В дальнейшем Бокаев попросил мобилографа открыть окно, передал ему пачку наличных и велел отдать деньги ожидавшему неподалёку человеку. По словам Нусипкожи, такая просьба показалась ему странной, поскольку тот обычно не блокировал окна и Бокаев вполне мог передать деньги самостоятельно.
«Я тогда удивился, почему Санжар эти деньги не передал сам. Он сидел сзади, в принципе, мог открыть окно. У меня окно не блокируется никогда. Дверь мог также открыть. Он мог сам, не подставляя меня в этом деле, решить эти вопросы», — сказал Нусипкожа.
Как выяснилось, деньги предназначались Акылбеку Хамракулову. Это тот самый разнорабочий, который ремонтировал крышу дома Бокаева и, согласно материалам дела, ранее участвовал в инсценировке кражи гранитных плит на реке Большая Алматинка.
После передачи денег Нусипкожа напомнил Бокаеву, что им ещё необходимо направиться к роще Баума. Однако тот неожиданно изменил планы и предложил найти расположенную неподалёку школу №20, чтобы снять её здание. Некоторое время мужчины ездили по району в поисках учебного заведения, откладывая поездку к роще.
Ночная съёмка и подготовка видеоролика
Позже Бокаев и Нусипкожа всё же прибыли к роще Баума. Когда мобилограф спросил о законности происходящего, подвыпивший бывший советник главы «КазТрансГаза» ответил:
«Не бойся, все нормально».
Затем Бокаев заявил, что заметил кого-то в лесу, и побежал вглубь рощи с мощным фонариком. Нусипкожа, который отстал от него, по собственным словам, никого не видел и не слышал. При этом Бокаев продолжал утверждать на камеру, что там определённо кто-то находится.
На следующее утро, примерно в 11:00, мужчины снова приехали в рощу. На месте их уже ожидали несколько человек, представившихся местными жителями, а также экоактивисты.
Пройдя вглубь территории, группа обнаружила спиленные и поваленные деревья. Бокаев прокомментировал происходящее на камеру, после чего отправил Нусипкожу в автомобиль монтировать материал. Сам он остался с активистами для дополнительной съёмки.
Находясь в машине с ноутбуком, мобилограф объединил ночные кадры с предполагаемой погоней и утренние записи с возмущёнными жителями в один ролик. Уже к полудню готовый материал передали Бокаеву, после чего он появился в социальных сетях.
Нусипкожа также признался, что на этапе следствия давал ложные показания по указанию Бокаева. Тогда он рассказывал полиции, будто анонимный информатор позвонил ему и попросил скрыть номер телефона из соображений безопасности. Позже, по требованию подсудимого, мобилограф окончательно удалил всю переписку.
Почему мобилограф решил изменить показания
Отдельное внимание суда привлекли причины, по которым Нусипкожа решил подробно рассказать о произошедшем. Он признал обвинение, подчеркнув, что считает себя невольным соучастником, а не организатором преступлений.
По его словам, первоначально нанятый Бокаевым адвокат запрещал ему давать показания. Мобилографа убеждали молчать, обещая финансовую поддержку. В частности, ему рассказывали, что журналист Вадим Борейко организовал сбор средств, а деньги уже передали его супруге для погашения кредитов и оплаты квартиры.
Однако спустя пять месяцев друзья Бокаева сообщили, что дальнейшей финансовой помощи не будет.
Последней каплей, по словам Нусипкожи, стало то, что Бокаев не оплатил услуги адвоката Сергея Кима, хотя ранее обещал это сделать. Кроме того, подсудимый требовал удалить всю переписку в WhatsApp.
После этого мобилограф нанял независимого адвоката и решил рассказать свою версию событий.
Бокаев попытался уличить бывшего подчинённого в давлении
Во время допроса Бокаев также задавал вопросы бывшему мобилографу. Сначала он попытался заявить, что на Нусипкожу могли оказывать давление. Однако тот категорически отверг подобные предположения.
«Неправду я говорить не буду, на меня не оказывали давление, никто не матерился даже, никто не давил».
Затем Бокаев напомнил Нусипкоже, что ранее помогал ему деньгами. В ответ мобилограф уточнил, что речь шла об однократной помощи в размере 70 тысяч тенге после ДТП, и добавил:
«Ты не должен был впутывать меня в незаконные вещи».
После этого Бокаев перешёл к личным упрёкам, заявив, что Нусипкожа якобы отказывался от дочери от первого брака.
Если ранее Бокаев категорически отрицал причастность к краже гранитных плит, то во время разговора с бывшим подчинённым начал намекать, что произошедшее могло быть инсценировкой.
Когда Нусипкожа предложил продемонстрировать в зале суда видеозапись, на первом кадре которой, по его словам, был виден рабочий Бокаева Акылбек Хамракулов, адвокаты бывшего советника главы «КазТрансГаза» резко выступили против. Показать эту улику не удалось.
«Я бы за тебя сидел до конца»
В завершение допроса Бокаев попытался упрекнуть бывшего мобилографа в том, что тот «сломался» и изменил свою позицию.
Нусипкожа ответил, что решение говорить правду не было результатом давления, а стало следствием разочарования в бывшем работодателе и его обещаниях.
«Если бы я сломался, Санжар, я бы сломался в первый месяц. Сам догадайся, почему я на третий день избавился от твоего адвоката, который защищал не меня, а тебя. Последней каплей было то, что ты не стал оплачивать моего адвоката, хотя сам обещал это. У тебя три адвоката было, ты бы мог одного дать мне, но ты отказался. Я бы за тебя сидел бы до конца, как ты сказал, если бы ты оплатил адвоката до конца, как обещал», — сказал Нусипкожа.